Фрост донес девушку до больницы, все еще дрожа. Тут уже ее переложили на каталку и повезли в больничную палату. Парень тихонько пошел за врачами.
-Сюда нельзя... - произнес человек в белом халате и вытолкал его в приемную. Сопротивляться не было сил... Он ведь знал, что его пустят скоро в палату и он заговорит с той девушкой, которая, возможно, даже не вспомнит Дэниэла. Все что ему оставалось - это смотреть в окно. На облака... Облака... Небо... Небо... Облака... Облака перистые, облака тучевые - они всегда, почти всегда. А вон там, кусочек неба совсем без облаков, чистый-чистый! Но к нему уже движутся облака, движутся... Облака... Они... Словно живые, словно живые организмы. Оооо, птичка, их здесь много летает, но эта, пролетела прямо в метре надо мной. Что это была за птичка? Ну да ладно. Надо смотреть на небо. Не отрываясь, смотреть, сколько есть сил.

Дэниэл был неестественно бледен, но при этом возникало неприятное ощущение, что в этом давно уже нежильце всё ещё теплится жизнь… Парень резко встал, подойдя к девушке. -Привет. Ты как?.. - взял ее руку в свою, стал всматриваться в ее глаза. -Кстати, я Дэниэл. Можно просто Дэн. - Мы молчали. Был слышен только ветер и ее дыханье, может, скрип двери. Затем громкий удар. И вновь стало тихо…

Стою у стекла, оно ранит руки, а я по-прежнему здесь. Не в силах развернуться и уйти. - произнес в уме он, глянув на ворону. Далее Фрост смотрел в ее лицо. Правильное в контурах, полутенях, его уродовали мокрые глаза. Малая кровь текла узором из губы.  Стекло запотело, потекло от дыхания, та самая комната с образом давно выброшенной гитары, вылепленная из хаотичной крови. Его мучают волки. Старые угрюмые псы, совсем другого нутра, они помнят все, они помнят прозванного Куртом, помнят, как ушел, чтобы сохранить рассудок от дикой ночи… И Оливерв, который отпустил все накопленное.